Переплетаясь с тобой [Entwined with You] - Сильвия Дэй

— Я люблю свою работу!

Мой энтузиазм насмешил его:

— Если бы только мы все могли так сказать.

— Я думала тебе нравится работать со Стэнтоном.

— Так и есть. А еще мне нравятся деньги, которые я за это получаю. Но я не могу сказать, что люблю свою работу.

Официантка принесла для него скотч со льдом, и мы чокнулись бокалами.

— С кем ты здесь? — спросила я его.

— С парочкой друзей, — он посмотрел вокруг, — которые куда-то подевались. А ты?

— Аналогично, — я поймала на себе взгляд Лейси, которая танцевала, она подняла вверх два больших пальца. — Мартин, ты встречаешься с кем-нибудь?

Он широко улыбнулся:

— Нет.

— А блондинки нравятся?

— Ты меня клеишь?

— Не совсем, — я повела Лейси бровями и мотнула головой в сторону Мартина. Она с минуту выглядела удивленной, а затем улыбнулась и подбежала к нам.

Я их познакомила и была довольна тем, что они поладили. Мартин всегда был веселым и очаровательным, и Лейси была жизнерадостной и по-своему привлекательна — скорее харизматична, чем красива.

Вернулась Мегуми, и мы еще разок выпили, перед тем как Мартин предложил Лейси потанцевать.

— У тебя в рукаве не припрятано еще каких-нибудь сексуальных парней? — спросила Мегуми, как только парочка скрылась из виду.

Хотела бы я, чтобы поблизости оказался мой смартфон:

— Подруга, ты ужасна.

Она долго на меня смотрела. Затем она скривила губы:

— Я пьяна.

— И это тоже. Еще по одной стопочке?

— Почему бы и нет?

Мы обе выпили по порции, покончив с этим как раз к тому времени как Шауна вернулась с Лейси, Мартином и двумя его друзьями, Куртом и Андре. Курт был великолепен, русый волос с рыжеватым отливом, массивная челюсть и дерзкая улыбка. Андре тоже был привлекателен, озорной огонек в темных глазах и дреды до плеч. Он был сосредоточен на Мегуми, что тут же подняло ей настроение.

Не успели оглянуться, как наша разросшаяся компания уже заливалась смехом:

— И когда Курт вернулся из туалета, — заканчивал свою историю Мартин, — он засветился на весь ресторан.

Андре и Мартин начали ржать. Курт кинул в них дольками лайма.

— А что это значит? — спросила я, улыбаясь, хотя не поняла последнюю фразу.

— Это когда ты своей мошонкой светишь из расстегнутой ширинки, — пояснил Андре. — Сначала люди не могли понять, что это такое, а потом они пытались выяснить, разве ты не можешь как-то понять, что твои яйца проветриваются. Никто и слова не сказал.

— Че, реально? — Шауна чуть не свалилась со стула.

Мы оказались слишком шумными, и официантка с улыбкой попросила быть потише. Я придержала ее за локоть до того, как она смогла бы уйти:

— Здесь где-нибудь есть телефон?

— Спросите одного из барменов, — сказала она. — Скажите им, что Деннис — он менеджер — разрешил, и они дадут телефон.

— Спасибо, — я соскользнула с места, как только она подошла к другому столику. Я понятия не имела, кто такой Деннис, но я же всю ночь плыла по течению, зная, что Гидеон подготовил все безупречно:

— Кто-нибудь хочет воды? — спросила я компанию.

Меня забросали «Фу!» и скомканными салфетками. Засмеявшись, я подошла к стойке и начала ждать удачного момента, чтобы попросить Pellegrino (прим. пер итальянская марка минеральной воды) и телефон. Я набрала сотовый номер Гидеона, так как я помнила только его. Я посчитала, что это безопасно, ведь я звонила из общественного заведения, которое принадлежит ему.

— Кросс, — быстро ответил он.

— Привет, ас, — я оперлась на стойку и прикрыла другой рукой ухо. — Я пьяная и звоню тебе. — Я понял, — его голос изменился: медленный с нарастающей теплотой. Он пленил меня даже несмотря на музыку. — Хорошо проводишь время?

— Да, но я скучаю по тебе. Ты выпил таблетку?

В его голосе чувствовалась улыбка:

— Ангел, ты возбуждена?

— Сам виноват! Этот клуб словно «виагра». Я вся горю, вспотела и источаю феромоны. И знаешь, я была плохой девочкой. Танцевала, словно у меня никого нет.

— Плохих девочек наказывают.

— Может, тогда мне надо стать по-настоящему плохой. Чтобы меня наказали.

Он прорычал:

— Возвращайся и будь плохой со мной.

Мысль о том, что он дома и хочет меня, заставила меня возжелать его еще сильнее:

— Я останусь здесь, пока девчонкам не надоест, а это, походу, будет не скоро.

— Я могу приехать к тебе. Через двадцать минут мой член сможет оказаться в тебе. Ты этого хочешь?

Я окинула взглядом клуб, все мое тело вибрировала от интенсивной музыки. Представляя его здесь, трахающим меня в этом месте, где нет ограничений, — все это заставило меня поерзать в предвкушении

— Да. Я хочу этого.

— Видишь площадку наверху?

Обернувшись, я подняла голову и увидела подвешенную между стенами площадку. Танцующие под музыку имитировали половой акт на танцполе на высоте в двадцать футов:

— Да.

— Там есть место, где одни зеркала. Встретимся там. Будь готова, Ева, — он приказал. — Когда тебя найду, я хочу, чтобы твоя киска была голой и мокрой.

Я задрожала от знакомой команды, зная, что это означает: он будет грубым и нетерпеливым. То, что надо:

— На мне…

— Ангел, даже миллионная толпа не сможет скрыть тебя от меня. Однажды я тебя уже нашел. И всегда буду находить, — страстное желание прожигала мои вены. — Поторопись.

Я протянула руку к другой части стойки, чтобы положить трубку, схватила свою минеральную воду и выпила залпом всю бутылку. Затем, чтобы подготовиться к встрече с Гидеоном, я направилась в туалет, где простояла в очереди целую вечность. У меня кружилась голова от выпитого спиртного и возбуждения, я упивалась тем, что мой парень — вероятно, один из самый занятых людей во всем мире — захотел бросить все, чтобы … угодить мне.

Я облизнула губы, переминаясь с ноги на ногу.

Поспешив к кабинке стянула трусики, а затем подошла к раковине и зеркалу, чтобы привести себя в порядок, используя влажную салфетку. Большая часть моего макияжа потекла — глаза размазались, а щеки раскраснелись из-за жары и напряжения. Волосы в беспорядке — ужасно запутаны, и к тому же влажные вокруг лица.

На удивление, я не выглядела так уж ужасно. Я выглядела сексуально и наготове.

Когда медленно пробиралась через толпу у входа в туалет, то увидела, что Лейси стоит в очереди и я остановилась возле нее на минуточку.

— Веселишься? — спросила я ее.

— Ага! — ухмыльнулась она. — Спасибо, что познакомила со своим кузеном.

Я не стала поправлять ее:

— Пожалуйста. Могу я спросить у тебя кое-что? О Майкле?